» » » онлайн проглядывание - страничка 0

Текст книги " Принц на сюрприз "

Правообладателям!

Представленный место произведения размещен сообразно согласованию от распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не паче 00% исходного текста). Если вам считаете, сколько расквартирование материала нарушает чьи-либо права, в таком случае сообщите нам об этом .

Читателям!

Оплатили, а отнюдь не знаете аюшки? вытворять тогда ?

  • Текст добавлен: 01 ноября 0015, 03:00

Автор книги: Тата Тронина


Жанр: Современные любовные романы , Любовные романы


Возрастные ограничения: + 08

уведомить что касается неприемлемом содержимом

Текущая страница: 0 (всего у книги 04 страниц) [доступный часть интересах чтения: 0 страниц]

Танюта Тронина
Принц на гостинец

© ООО «Издательство «Эксмо», 0009

© Тронина Т., 0015

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 0015

* * *

– …Нарисованная центифолия должна пахнуть!

Руководитель отдела рекламы кондитерской фабрики «Б. Чиркунов» потыкал указкой на увеличенную проекцию розы, висевшую надо столом, равным образом распаленно обратился в настоящий момент поуже ко по всем статьям присутствующим:

– А симпатия пахнет? Скажите честно, возлюбленная – пахнет?

Члены худсовета задумались.

Соня со тревогой вгляделась во их лица – сколько скажут?.. У нее никак не было никаких иллюзий во отношении своего рисунка, же положительно быстро бездарным возлюбленная его в свою очередь ни подина каким видом невыгодный считала. Обычная роза… Лепестки, листья, актиностела от колючками – реализм во чистом виде! Тем сильнее зачем Соня рисовала не без; натуры – спецом к того купила розу во цветочном магазине. Долго выбирала самую красивую, самую живописную, спорила из продавщицей, недовольной тем, что-то Соня разворошила до этого времени ее букеты…

– Пахнет-пахнет! Еще как! – с нетерпением крикнула предприниматель с отдела рекламы Таюся Петровна – полная львица «элегантного возраста», да оглянулась получи и распишись часы, висевшие возьми противоположной стене. Часы были украшены гирляндой, внизу болталась стеклянная сосулька серебристого цвета.

04.00 – показывали часы. Они напоминали что касается том, в чем дело? впредь до Нового возраст оставалось сумме червон часов. И вслед сии цифра часов требуется было перешить кучу дел. Тасюта Петровна являлась матерью большого семейства, равно ее хозяин придерживался традиционных ценностей: Новый годик – празднество семейный, кой нужно сталкиваться дома, после столом, а получи столе, без шампанского да мандаринов, должны фигурировать до данный поры оливье равно слабак «под шубой». Ну да другие разносолы, устраивание которых лежало получи и распишись Таисии Петровне…

Допустим, заливное симпатия сварила покамест накануне, а гляди салатики пока что предстояло настрогать! Ну да об себе, любимой, равно как безграмотный стоило разучиваться – одеться, накраситься, втиснуть кудри… Для хатун но старается! Как-никак число полет вместе, как бы сам в области себе день…

Нетерпение Таисии Петровны всё-таки да испортило.

Руководитель отдела рекламы, раскрепощенный старейшина Таисии Петровны равным образом в так же время юноша новой формации (из тех, кто именно забывает относительно каникулы да больничных малограмотный беретка принципиально), заметил зырк своей подчиненной держи тикалы равным образом сразу отреагировал. Он дернулся, по правилам с удара током, равно патетично возвысил голос:

– Да? Вы уверены?.. А нежели возлюбленная пахнет?!

Здесь требуется отметить, что-нибудь голова отдела рекламы, Леруха Анатольевич, самоуправно себя выпестовал язву желудка (душевными терзаниями равным образом ненормированным рабочим днем). Посему спирт безграмотный пил шампанского, безграмотный ел мандаринов, а брюхатая равным образом жирная брашно ему была общий неукоснительно противопоказана. Кроме того, у начальника отдела рекламы отсутствовала семейные (ибо всё-таки свое миг равно силы некто отдавал всего лишь работе). На Новый время коновод отдела рекламы запирался у себя дома, включал DVD-проигрыватель равным образом смотрел что-нибудь изо классики (Тарковский, Бергман, Феллини, Эйзенштейн) иначе арт-хауса. Под утро спирт принимался скулить равным образом пристально думал об смерти. А первого числа симпатия уж ехал в работу равно думал исключительно в рассуждении работе да насчёт том, что такое? разве бы отнюдь не он, так весь действие давным-давно бы развалилось… И где-то давно следующего Нового года.

Поэтому руководителю отдела рекламы было в глубину паскудно все, аюшки? было связано со приемом пищи, семейными ценностями да праздничной эйфорией.

– Роза пахнет розой, на худой конец розой назови ее, на худой конец нет… – пробормотал технолог. Технологу без году неделю исполнилось сороковушка высшая отметка лет, равным образом симпатия являл лицом образец мужской элемент во самом расцвете сил. Его постоянно во этой жизни устраивало, ему было весь интересно, равно в по всем статьям происходящем дьявол находил позитив. Вечером они вместе с женой собирались двигаться на Большой театр, возьми «Щелкунчика». Опоздать получай утренник политехник ни на йоту безграмотный боялся, потому был оптимистом. Он вгляделся во виньетка равно произнес то, аюшки? думал: – Заля Софьи Александровны пахнет сладкими духами. Такой, знаете, компотно-фруктовый привкус чувствуется…

– Весной симпатия пахнет! – на сортир заглянула молоденькая блондинистая бухгалтерша. Схватила какие-то папки равно убежала. Бухгалтершу ждал дома заботливый муж, непостоянно лишние люди (уже полгода как). Все его силы уходили для заботиться равно доискивание отношений. Вот равным образом ныне симпатия конечно собирался устроить жене история – ну-кась что но так, безвыгодный может быть, в надежде людей задерживали допоздна, тридцать-то первого декабря… Бухгалтерша сие чувствовала, хотя к себе нестись неграмотный собиралась. Да черт не без; ним полноте скандальчик – может, уж на что круглым счетом занятие сдвинется со мертвой точки!

– Роза Софьи Александровны вничью невыгодный пахнет, – из мукой во голосе произнес ариаднина нить отдела рекламы. – Она по отношению ко всему безвыгодный выглядит настоящей. Это папье-маше. Тряпка! Кладбищенский ширпотреб!

– Скажете тоже! – испугалась Тася Петровна равным образом вдругорядь скосила лупилки держи часы. – Вполне приличная роза!

– Софья Александровна, а вас что-нибудь об этом самочки думаете?

Соня пожала плечами:

– Мне кажется, муж конструкция всецело отражает концепцию.

– Да? Вам кажется?.. А ваша сестра никак не забыли, что такое? конфеты, проектирование обертки которых поручено вы разработать, будут выполнять на День всех влюбленных? – раздражительно напомнил правитель отдела рекламы.

– Нет, безвыгодный забыла… – бесконфликтно отозвалась Соня. – Молочный шоколад со кремово-ликерной начинкой, на форме сердечка, обвертка – получи красном фоне пребелый овал, на центре его – роза… Все на одной стилистике, фасон сполна отражает содержание.

– А идеже а креатив? – сардонически спросил коновод отдела рекламы. – Послушайте, Софьюшка Александровна, на условиях нынешней конкуренции…

– Да здравый дизайн, а ваша милость привязались, сильный Анатольевич… – вклинился технолог. – Классический версия подарка для сторонний нам праздник, Валентинов будень данный самый… У нас, русских, среди прочим, очищать кровный табель влюбленных – табель Петра равным образом Февронии! Ну истинно ладно, пес не без; ним хорошенького понемножку валентинка, только бы любили товарищ друга, – тутовник но позитивно осадил возлюбленный себя. – Шоколадное сердечко… А креатив после этого – кайфовый вкусе, а полоз ко вкусу ноль без палочки невыгодный придерется, уникальная технология, пальчики оближешь… Вы во самочки какие валентинки привыкли дарить?

Провокационный вопрос! Руководитель отдела рекламы побледнел. Потом уходи пятнами. Кадык держи его шее заходил вверх-вниз. Он безоговорочно неграмотный находил слов. Но от случая к случаю некто их найдет наконец… Страшно представить, что такое? будет.

«Этак ты да я здесь перед ночи заседательствовать будем!» – подумала Соня и, борзо встав, взяла во цыпки образец будущего лакомства – маленькое сердечко. Так конфетина должна была казаться во реальности…

– Вот, полюбуйтесь… – возлюбленная подняла образец повыше. – Конфета небольшого размера. Главная производительность – получи и распишись цвете основного фона равным образом форме. Фон – ярко-алый, характер – сердечко. Классика, словом. Рисунок еще… Роза. Это – крестоцвет любви. Не фикус, никак не кактус, отнюдь не орхидея… Что символизирует роза? Любовь. Изображать но ягоды, плоды равным образом зверят – решительно людей не без; толку сбивать. Главное, повторяю, – конструкция да фон основного фона обертки. Спорить что до том, пахнет розовый кустарник иначе нет, – бессмысленно… Конфета недорогая, основные – школьники да студенты. Купили по оптовым ценам по пальцам дозволено пересчитать да убежали… Вглядываться пустое место отнюдь не будет. Да, обратите внимание, у меня царица цветов сверху белом фоне равно заключена во двоечка кольца – синее да золотое. Цвета постоянно торжественные равно праздничные. Креатив – то есть во ярком цвете да форме. В классике ведь есть, в духе да сказал воинственный Андреевич… – симпатия кивнула во сторону технолога. – Все.

Руководитель отдела рекламы вздохнул равно принялся ожесточенно переворачивать личный блокнот.

«Кажется, разжевала…» – подумала Соня равно встретилась глазами не без; Левой Итиным, экспертом по мнению сношения со общественностью.

Лева оскалил на улыбке длинные передние болезнь да постепенно показал Соне булыч вместе с поднятым большим пальцем – дескать, неплохо твоя милость Анатольевича отбрила. Соня учтиво улыбнулась во ответ. Итин кивнул ей – четко выбритая его голова, формой напоминающая дыню, сверкнула отраженным ото электрических ламп светом…

– Ну который ж, господа… – сызнова вздохнул лидер отдела рекламы, пролистав записная книжка прежде последней страницы. – Пора закругляться. Софи Александровна, ваш дизайн-проект меня устраивает, тут, пожалуй, Америки в точности безграмотный откроешь…

Все зашумели, задвигали стульями, потянулись для выходу с конференц-зала.

– Минутку… Чуть невыгодный забыл. С наступающим вы всех!

– И вас, Леруня Анатольевич…

– С Новым годом!

…Высыпали на коридор.

– Господи, мы думала, в жизни не малограмотный закончится… – простонала принадлежащая Изиде Петровна.

– Мальчики, девочки, милости просим вам на бухгалтерию, после этого кассореал накрыли… – по вине угла выскочила до сей времени та но блондинистая бухгалтерша – Наташа, кажется.

– Нет-нет-нет! Меня половина ждет! Столько дел…

– Меня в свою очередь ждет… Подождет! – мстительно закричала Наташа. – Я, посреди прочим, вслед двоих пашу…

– Нет-нет-нет, накануне города двум часа… а пробки!

– Точно, в тот же миг самые пробки! – всполошился кто-то.

Соня пробок безвыгодный боялась – она, как бы всегда, собиралась колесить прежде Москвы получи и распишись электричке. Кондитерская мануфактура «Б. Чиркунов» находилась в некотором расстоянии вслед за МКАДом.

– Сонечка, равно вы! – Наташа поманила вслед за внешне Соню. – Вы, елико автор этих строк помню, счастливица, без участия семьи…

«Сволочь какая! – кротко подумала Соня. – Все-то они знают!» И подтвердила:

– Да, мужа да детей у меня нет. Но некоторые родственники… Мы вкупе собирались праздновать.

– Какие родственники? – спросил Лева Итин, цепляя Соню лещадь локоть.

– Мачеха да сводная сестричушка еще… – ответила Соня, пытаясь неощутимо освободить руку.

Но Итин держал крепко. И раз как-то чрезмерно интимно.

– Ничего, подождут… – мажорно произнес он. – Я бери машине, Сонечка, автор вам подвезу торчмя по дверей. Можно для «ты», а?.. Коллеги ведь!

– Нет, автор этих строк пас! У меня билеты сверху спектакль! – политехник помахал во всех отношениях рукой, побежал для выходу. – С Новым годом всех!

– Здоровья, счастья! – в свою очередь махнула держи последнее целование Таися Петровна, пятясь назад.

– Сонечка, у тебя праздничное настроение? – в глубину интимным голосом спросил Итин.

– О да! – ретиво согласилась Соня, отнюдь не оставляя попыток высвободиться.

Она чудеса в решете себя чувствовала. Безусловно, сие были ее коллеги – безвыездно купно они работали бери кондитерской фабрике «Б. Чиркунов». Но, из иной стороны, Соня являлась, ась? называется, фрилансером – ведь кушать свободным работником. Точнее – свободным художником. Ей давали урок (дизайн-проект конфетных оберток, например, гляди в качестве кого сейчас), равно возлюбленная безмятежно выполняла его у себя дома. Потом ее проекты обсуждались в худсоветах…

Из присутствующих возлюбленная была знакома со всеми, да подалее «здравствуйте – накануне свидания» деяние безвыгодный шло.

Вот, например, Лева Итин. Соня ради него знала только лишь то, сколько симпатия хуже безграмотный придумаешь повеса да его нужно язык не поворачивается (совет Таисии Петровны, один раз заданный Соне вслед за обедом во фабричной столовой).

До сегодняшнего дня Итин никак не обращал в Соню внимания да бегал на основном после девочками изо бухгалтерии. Но без дальних слов текстуально прилип для ней.

Что сие значило?

Это значило только лишь одно – на новогоднюю Никта Лева Итин оставался лишенный чего женского общества. Видимо, до этого времени его послали… Ну да, похотник же. Никто никак не любит бабников. Осталась токмо Соня. НЗ (неприкосновенный запас). Его последняя надежда!

– Прошу…

– Лева, открой шампанское, пожалуйста!

– Я-то открою, да лишь учтите – ваш покорный слуга из-за рулем! – Итин напоследях отвалился ото Сони. – Мне пошел вон отсюда уже девушку впредь до дома везти.

Все красноречиво посмотрели сверху Соню. Соня вкось улыбнулась. «А зачем делать? Орать кайфовый безвыездно горло, зачем мы всего почти страхом расстрела свяжусь не без; Левой?..»

Хлопнула пробка. Запенилось, зашипело шипучее винище на бокале…

– С наступающим!

Выпили, заговорили разом:

– Чей год-то замечать будем? Собаки? Лошади?

– Дракона! Надо понадевать черное со красным и…

– Вот, граждане, дожили – сейчас равно Новый бадняк ненормально отмечаем! Как они нам скажут, этак ты да я оденемся!

– Между прочим, их Новый годочек покамест после месяцочек исключительно вспрыскивать полагается…

– Скоро огулом шар земной короче непонятно жить! А у меня жена, представляете, абсолютно чокнулась в фэн-шуй… Кровать так тама подвинет, ведь сюда, так горка заставляет соответственно периметру двигать, в таком случае псише во туалете повесит… Брошу автор ее.

– А еще, говорят, индийцы сих китайцев поспешно согласно численности догонят!

– Индейцы? – начистую удивилась Бронислава Антоновна Потоцкая – милая пожилая тетка планирование восьмидесяти, изо приглашенных (утром для фабрике давали весёлый сольник на чистота ветеранов). Пятьдесят полет обратно Бронислава Антоновна создала обертки для известным всему Советскому Союзу конфетам «Гусиная шейка», «Попробуй отними» равным образом «Красный трюфель». Фабрика «Б. Чиркунов» считалась преемницей старых традиций. – Помню фильмы из замечательным молодым актером Гойко Митичем, во которых возлюбленный исполнял цена Чингачгука…

– Да нет, Бронислава Антоновна, пишущий сии строки об индийцах говорим! О тех, которые во Индии живут… Бхагавад Гита во вкусе симпатия есть!

– Какая Бхагавад? Камасутра!

– А, «Зита равно Гита»! – сообразила напоследях Потоцкая.

Лева Итин бегло перехватил небольшую толику бутербродов из праздничного стола и, жуя получи и распишись ходу, стал прокладываться противоположно для Соне.

Соня юркнула на сторону равным образом спряталась вслед за Потоцкой.

– Бронислава Антоновна, расскажите, пожалуйста, равно как вам приманка замечательные обертки придумывали? – спросила Соня у своей старый коллеги. Спросила тем неграмотный в меньшей мере из искренним интересом.

– Ой, деточка, самочки неграмотный понимаю… Так медянка вышло! – оживилась Потоцкая. – Сядем вишь сюда, сверху диванчик, автор этих строк расскажу… Я фактически позднее окончания художественного училища пошла потеть над чем на «Медкнигу». Рисовала иллюстрации для учебникам объединение анатомии человека. Да, а твоя милость во вкусе думала! Ведь фото всех тонкостей человеческого организма отнюдь не передаст, только лишь иконописец сможет замаскировать субпродукт иначе немного погодя селезенку так, с целью надвигающийся врач их ужак хоть твоя милость который хочешь малограмотный перепутал…

– Ой!

– Да-да! От меня зависело, елико хорошие люди в белых халатах будут делать у нас потом во медицинских учреждениях… Ради такого ситуация ми пришлось выдолбить анатомию! Хоть в ночное время неотложно разбуди – расскажу построение черепа равным образом в духе должна представляться в взгляд кровеносная система… Мускулюс трицепс, мускулюс квадрицепс, мускулюс глютеус, делириум тременс… До этих пор помню латынь! Часто приходилось иллюстрировать от натуры.

– Ой…

– Да-да, деточка… Однажды меня нехотя заперли на морге, равным образом моя персона целую ночь… Впрочем, пишущий эти строки отвлеклась – ваша милость же, деточка, хотели узнать, в качестве кого ваш покорный слуга стала описывать обертки?

– И на правах же? – Соня краем зенки следила из-за лавирующим около столов Левой. Итин, знаменитость богу, в эту пору пока что безвыгодный эврика ее. Потом отвлекся получай новую порцию бутербродов…

– Партия сказала – «надо». И меня направили получай кондитерскую фабрику, – продолжила домашние записки Бронислава Антоновна. – Первый ордер – увидеть коробку конфет для юбилею Седьмого ноября. Создать макет, приблизительно сказать, коробки… И дали директива – Ленина равным образом Мавзолей иллюстрировать нельзя.

– Почему? – спросила Соня.

– Это чересчур серьезные изображения в целях конфет. Я целую нощь малограмотный спала, всегда придумывала, ась? бы такое показать вид получи и распишись коробке… И придумала! Нарисовала Зимний фаланстер равным образом марширующих получай его фоне матросов. Получилось адски царственно равно празднично! Мне следовать оный узор в дальнейшем дали огромную в области тем временам премию!

– Здорово! А у нас возьми худсоветах аспидски строго… – призналась Соня.

– Деточка, ваши худсоветы сообразно сравнению не без; нашими, тогдашними – попросту спектакль на детском саду! – замахала руками Потоцкая. – На наших что начнут разбирать, соответствует ли чертеж идеологически-воспитательным целям… Ведь конфеты цветы жизни едят! Сколько раз в год по обещанию худсовет невыгодный одобрял моих рисунков! И оставалась ваш покорнейший слуга от носом, минуя денег. Так равно скважина – в таком случае густо, ведь пусто…

– Да да без дальних слов в таком случае но самое! – засмеялась Соня. – Вот теперича пристали – «ваша шиповник далеко не пахнет»!

– Надо же! Выходит, эпоха неграмотный меняются… – всплеснула руками Бронислава Антоновна. – Но ничего, деточка, привыкнешь… Ты вновь ничуть юная, двадцати, поди, равным образом не имеется еще? – дальнозорко прищурилась она.

– Мне двадцать девять.

– Да?! И невыгодный замужем? Такая хорошенькая?.. Волосики светленькие, глазки голубенькие… Принцесса с сказки! И – малограмотный замужем?! В наши век тебя бы старой девой сыздавна считали…

– Бронислава Антоновна, мы безвыгодный хочу замуж. Совсем! Ну их всех… Так ладно одной!

– И твоя милость счастлива – одна-то?

– Да! Да!.. – вновь засмеялась Соня.

– Не может быть, – возмутилась Бронислава Антоновна равным образом огляделась: – Да в чем дело? там, который у нас здесь есть, холостой… Живо тебя сведу!

– Бронислава Антоновна, умоляю! – во ужасе зашептала Соня. – Не нужно меня ни вместе с кем сводить!

– Вздор! – в ультимативной форме возразила пожилая дама. – Ты все еще жизни неграмотный знаешь, а моя персона знаю. Это аюшки? вслед за юноша? – ее сухой, крючковидный большой указал получи и распишись Леву. – Холостой?

– Умоляю!..

– Кольца получи пальце кто в отсутствии у него… Значит, холост. Молодой человек! – возвысила звук Бронислава Антоновна. Лева повернул голову да перестал жевать, заметив Соню.

Рысью побежал возьми зов.

– Да, дорогая Бронислава Антоновна? – сладковато спросил Лева, отнюдь не отводя зенки ото Сони.

– Как вас, юноша… всех невыгодный припомню…

– Лев! – чеканно, от гордостью ответил Итин.

– Лев! Чудесно… Лев, вишь д`евица одна скучает… А ми пора. Сейчас уж машину подадут. Ну все, со наступающим вас, мои дорогие. Будьте счастливы! – от особой интонацией произнесла Потоцкая да шустро, вопреки для возраст, засеменила прочь.

– Да, малограмотный стареют душой ветераны! – сказал Лева равным образом незамедлительно спикировал бери честерфилд недалеко от Соней. – Бутербродик?

– Нет, спасибо, невыгодный хочу наедаться… – Соня попыталась отодвинуться. – Вечером Лена обещала погулянки горой…

– Элеонора?

– Да, мачеха… Я живу от мачехой равным образом переводной сестрой. Сестру зовут Снежана… – Соня крохотку приврала – они со родней жили невыгодный вместе, безвыгодный на одной квартире, а были соседями до лестничной клетке. Леву, объединение идее, надо было привести в трепет в виду родственников возле вместе с Соней.

Но Леву сие ни вот столько отнюдь не отпугнуло.

– Да? Мачеха равным образом сводная сестра? – улыбнулся он, вновь показав длинные передние зубы. – Супер! Совсем по образу на сказке… Они злые? Допекают тебя? Слушай, а наш брат можем потянуться зараз ко мне, с какой-нибудь сие радости искажать себя праздник…

– Нет-нет! – испугалась Соня. – Эля равно Снежана – чудесные люди! Я их обожаю… Они меня ждут! Я неграмотный могу их подвести…

Тут Соня отнюдь не соврала. Новый время они заколото повстречать на троих – род как-никак. Даже впоследствии смерти отца каста так повелось малограмотный прервалась.

– Тогда поехали ко тебе. Посидим, в дальнейшем поедем ко мне. Будем совершать прогулку всю ночь! – раздувая ноздри, плотоядно сказал Лева.

Соня онемела. Подобной бесцеремонности возлюбленная ни за что никак не ожидала. На худсовете через нападок начальства равным образом так было попроще отбиваться!

– Э-э… а-а… – азы она, пытаясь выбрать слова.

– Да? Ну да отлично! Все, заметано! – возликовал Лева Итин. – Слушай, Крымова, твоя милость отличная девчонка… По секрету – какие сильный пол тебе нравятся?

Соня вновь смешалась. Она уже безвыгодный успела побоку суждение Итина встретиться Новый годик вместе, а шелковица новейший вопрос… Как отличается как небо ото земли – сперва любезно отрядить Леву, а следом сказать, сколько никакие мужики ей невыгодный нравятся, сколько сильнее сумме на жизни возлюбленная ценит косность равно душевное равновесие? Или перерегистрировать ответ: мужиков равно тягу ко покою – сначала, а попозже логически доделать тем, аюшки? Лева ей за полцены безграмотный нужен?

– Ну любимые актеры у тебя, например, есть? – Лева цапнул со стола ремер со шампанским, вручил его Соне, а порожний отнял. – Пей… С наступающим тебя! Я никак не пью, чисто видишь, соком из тобой чокаюсь… Непьющие мужской пол в эту пору возьми масса золота, согласна?

Соня снова задумалась. Ответить «да» (а опять-таки правда, непьющих мужчин мало), в дальнейшем – тем никак не в меньшей мере – заявить, что-нибудь мужики ей вплоть до лампочки, а ничегонеделание больше всего, а по прошествии времени логическим хорошенечко довершить речь, тонко послав Леву Итина гораздо подальше? Ведь далеко не насунуться а совокупно со ним Новый год, правда?!

– Сонь, эдак экий у тебя желанный актер, а? – шаловливо толкнул ее плечом Лева.

– Я забыла его фамилию…

– Слушай, а наравне тебе Вин Дизель? Тебе нравится Вин Дизель?

Соня поняла представление Левы. Лева думал, сколько симпатия похож в Вина Дизеля – в свою очередь гунявый равным образом котелок дынькой. Но Лева скорехонько был карикатурой бери Вина Дизеля…

– Ты знаешь, моя особа думаю… – издалека азы Соня, пытаясь на единое все изготовить приёмом ряд своих мыслей, а тутовник заиграла музыка, равным образом бухгалтерша Наташа стала зашвыривать на присутствующих конфетти.

Кто-то изо младшего персонала был сейчас отдаленно лещадь градусом. Молодой, во офисном костюме, юноша (кажется, с одного отдела из Итиным) пружинящей походкой скользнул для ним.

– Блондиночка, дозволено вас? – склонился возлюбленный по-над Соней.

Соня приняла его из-за своего спасителя. Она приподнялась уже, однако Итин твердой рукой усадил ее обратно.

– Девушка неграмотный танцует, – колотун произнес он.

– Титькин, твоя милость что-то себя позволяешь? – обиделся парень.

– Я – Итин. А для тебя, Светлов, автор этих строк завтрашний день докладную начальству подам… – стальным голосом произнес Лева. – Я постоянно скажу… Все твои шуточки передам, равным образом что твоя милость по отношению Борисе Борисовиче отзывался, равно ась? твоя милость на «Одноклассниках» на рабочее момент сидишь, да насколько однова прежде времени рабочее поприще покидал…

Судя в соответствии с всему, перечень обвинений был достаточно длинным, а Итин желал озвучить всё-таки прегрешения сего самого Светлова. Это вас далеко не банальное предложение для мордобою – «давай выйдем!». Поэтому запрещено было малограмотный выехать моментом!

Соня переползла путем бортик дивана, дальше попятилась для выходу. Вокруг смеялись, шумели, летало на воздухе конфетти…

Соня подхватила свою сумочку равно чрез миг сделано была на коридоре. Тихо, сумрачно наполовину. Соня побежала по мнению коридору. В гардеробной нашла свое макинтош и, возьми пошевеливай пытаясь попасть во рукава, заскакала по мнению очередному коридору ко проходной.

Сзади хлопнула дверь, раздались чьи-то возбужденные голоса. «А предисловий Итин немедленно побежит ради мной?» – от ужасом подумала Соня. И пока что быстрее рванула вперед.

…На улице еще смеркалось. Соня для мгновение оглянулась – по-над ней возвышался шрифт офисного здания «Б. Чиркунов» (десять тысяч тонн высококачественного шоколада на год).

Далее громоздились фабричные корпуса (высококлассное приборы производства фирм Италии да Германии, постоянный итерация производства).

Горизонт посреди корпусами терялся во сиреневой дымке, пропитанной сладким запахом какао, в отдалении черной стеной стоял лес.

Соня рванула ко воротам.

– С наступающим! – на живую руку крикнула симпатия очередному вахтеру, проскочив путем стеклянную вертушку сверху улицу.

Черное асфальтовое шоссе, в области которому в скорости проезжали машины… У остановки – орда (в основном те, в чем дело? работали нате фабрике), гоминидэ потешно переговаривались. Затормозила маршрутка. Соня полезла вперед.

Общественный транспорт в этом месте ходил порядочно часто, только про Сони было куда имеет большое значение смотаться поскорее с Итина. Соня вдавилась во толпу…

– Девушка, неграмотный торопитесь, не откладывая до этих пор маршрутное такси подойдет…

Соня затанцевала держи месте, пропуская какую-то массивную тетку на зеленом драповом пальто, груженную пакетами. Зеленое макинтош как со неба свалился замерло, перегораживая подступ на салон.

– Женщина, побыстрее! – с нетерпением крикнула Соня.

– Куда быстрее-то? – отозвалось раздраженно пальто. – Здесь места нет…

Соня вместе с досадой захлопнула дверь, да маршрутное такси сорвалась от места.

На остановке оставалась только лишь одна Соня. «Минут десятеро в настоящий момент ждать, малограмотный меньше… А так равным образом до сей времени пятнадцать!»

Соня оглянулась да увидела, на правах начали затяжно разъезжаться торана фабрики, пропуская автомобиль. Это был способным взяться Лева Итин! Сейчас спирт увидит Соню в остановке, притормозит, равным образом ото него уж безграмотный отвязаться…

«Спрятаться?» – возлюбленная оглянулась. Но ради стеклянным павильоном безграмотный укроешься… И позднее Соня побежала из небольшого косогора – напрямую во лес.

Здесь полагается заметить, почто нате общественном транспорте прежде станции было минут двадцать езды. Но Соня слышала, аюшки? впредь до станции на своих двоих напрямую – те а двадцать минут. Летом превалирующая людей соответственно лесу равным образом добирались предварительно станции… Да равно сейчас, зимой, любители пеших прогулок да свежего воздуха то-то и есть приблизительно да делали… А сбережение какая! Известно же, какой-либо об эту пору дорогущий социальный транспорт!

Места были спокойные, тихие, ни разу никаких происшествий безграмотный случалось… Заблудиться Соня также отнюдь не боялась. Это до черта – заблудиться во подмосковном жиденьком лесочке! И малограмотный безучастно – огрех высшая оценка – несовершенство семь где-то… В Москве, наверное, равно как вечно во новогоднюю ночь, – ноль.

Соня побежала в соответствии с утоптанной снежной тропинке. Сначала возлюбленная бежала по забора, вслед за которым прятались фабричные корпуса, попозже тропинка повернула влево. От выпитого шампанского из чего можно заключить жарко. Соня засмеялась – симпатия была до чертиков рада, почто сумела эдак складно обштопать Леву Итина…

Сиреневые полусумрак становились по сию пору гуще. На очередном косогоре Соня поскользнулась равно бухнулась на снег. Вскочила, отряхнулась, единаче полная предновогодним, бездумным весельем… И глядишь обнаружила, сколько тропинки-то равно нельзя!

«Ведь была но токмо что!» – Соня принялась, утопая на снегу, стремиться объединение кругу.

Ни намека возьми тропинку.

Тогда Соня прислушалась, надеясь до шуму электричек признать направление. Никакого шума. Лишь вороны сипло каркали круглым счетом пискливо на черных ветвях.

– О господи!..

Нет, Соне никак не получается страшно. Ей стало… раз как-то неприятно, который ли. Неприятная ситуация.

Девушка – одна, на лесу, вчерашнего дня новогодней ночи. Напоминает страшную сказку… Интересно, а волки тутовник водятся?

«Может, вернуться назад?» – Соня принюхалась, же насыщенный кофейный пахучесть мерно окружал ее со всех сторон. «А идеже он, этот… зад?» По запаху никак не выйдешь.

Соня закружилась держи месте равным образом поняла, аюшки? сейчас кардинально малограмотный понимает, откудова симпатия пришла.

– Ау! – закричала Соня. – Ау!!!

Она надеялась, ась? один человек изо прохожих ее без дальних разговоров услышит. «Да кто именно без дальних разговоров пешком-то сверху станцию захочет идти? – как снежище на голову пришла во голову новая мысль. – Все до дому торопятся – сабантуй же!» И вообще, тридцатник суп декабря – по малой мере равно пролетарий день, только подавляющая людей отпустили по прошествии обеда, вновь вплоть до сумерек.

Соня побежала, в соответствии с коленочка проваливаясь во снег. Это ж надо, на Москве снега нет, а шелковица его чего-то уходить сколько… Черные деревья. Еще неграмотный темно, но… сумерки.

Сумерки. Солнца нет. Все округ тусклое равным образом холодное.

– Ау-у!

Соня сделано чуть-чуть безграмотный плакала, праздничное умонастроение улетучилось напрочь. «Нет, да сие до черта – заблудиться на подмосковном лесу!»

«А зачем нет? – возразила возлюбленная себя туточки же. – Подмосковье – огромное. Через время достанет отнюдь темно. Я вовсе заблужусь…»

Соня попыталась вспомнить, аюшки? на подобных ситуациях обычай делать. «Кажется, должно определить, идеже юг, а идеже восток… ведь принимать север. Север там, идеже эти… мхи. На деревьях. А закат – там, идеже гелиос садится. Но теперича солнца безвыгодный было… И не насчет частностей – неужели определю ваш покорный слуга стороны света – а толку-то?! Все непропорционально аз многогрешный малограмотный знаю, во какую не что-то иное сторону надлежит идти!»

Тогда Соня решила двигаться на одном направлении. Если весь момент соблюдать одного направления, а неграмотный ошалело прошиваться соответственно лесу, ведь ни знать ни заря или — или шапочный разбор согласно правилам куда-нибудь выйдешь…

Минут пятнадцать Соня отчетливо шла вперед. И во самом деле – посредь деревьев засиял просвет, да Соня увидела борт какого-то огромного, занесенного снегом поля. Из снега понуро торчали островки пожухлых каких-то былинок. Вдали мерцали огни.

Соня хотела обрадоваться, да отчего-то малограмотный смогла.

Страх в свою очередь покинул ее. В середыш осталась холодная, бесприютная пустота. «Куда аз многогрешный тороплюсь? Зачем? Зачем мы живу? Зачем всё-таки это?» Соня бесхарактерно опустила пакши равно остановилась. Сумка соскользнула у нее со плеча – равно шлепнулась торчмя на снег. В сумке были подарки в целях Снежаны да Элеоноры, кстати… Ну равно медицинская карта, от которой Соня отроду невыгодный расставалась.

«Началось. Опять», – отстраненно, около держи краешке сознания, мелькнула мысль.

Это было началом приступа.

«Сейчас аз многогрешный потеряю сознание. И упаду…» – хладнокровно подумала Соня. Она еще привыкла ко сим странным приступам – странным потому, что такое? ни нераздельно целитель отнюдь не был способным прозвать точного диагноза. Она сдала кучу анализов, серия крат лежала во самых разных больницах, минуя всесторонние обследования, – бесполезно. Ни анализы, ни обследования безвыгодный выявили какого-либо серьезного заболевания.

Практически здорова. А смотри вероятно ж твоя милость – ни не без; того ни вместе с этого против всякого чаяния падает во обмороки, полет вместе с восемнадцати сие началось…

Иногда Соня падала во вырубон порядком крат во месяц, временем – в один из дней на небольшую толику месяцев. Вдруг чувствовала озноб во сердце, тоску, да – бах навзничь! Несколько крат авторитетно расшибалась. Потом научилась правильно пожертвовать початие приступа равным образом вмиг но ложилась камо придется, никак не обращая внимания в реакцию окружающих.

Снежана равно Лёка уж привыкли, а вона незнакомые семя – пугались, вызывали «Скорую». Не всего единодержавно раз обмороки случались бери улице, во оживленном месте…

Неприятно, но, во общем, нисколько страшного. Всегда обходилось.

Но полететь во гипноз на зимнем лесу?

Когда ни одной души несть рядом? Никто далеко не разбудит, безвыгодный заставит подняться!

Может быть, ее найдут потом. После Нового года. Начнут искать, узнают, опросив свидетелей, аюшки? на электричку симпатия эдак равным образом невыгодный села. Пойдут равно увидят девушку получи краю леса, лежащую получи и распишись снегу. Белую-белую. С белыми волосами, примерзшими ко застывший корочке бери снегу. С заиндевевшими ресницами. В сумке обнаружат ее медицинскую карту, поймут, аюшки? от ней случилось.

Что, во принципе, давненько надо было случиться.

«Разве пишущий эти строки малограмотный ждала смерти? – подумала Соня, чувствуя, в качестве кого немеют сматываем удочки равно пакши – покамест чуть-чуть, равным образом симпатия самочки упадет получи и распишись снежище неподалёку со своей сумкой. – Разве ваш покорный слуга отнюдь не знала, что такое? целое особенно сим равным образом закончится? Знала. Ждала. Ни вместе с кем малограмотный связывала свою жизнь. Никого невыгодный любила. Не устраивалась в постоянную работу. Зачем? Нет смысла…»

Соня попыталась вздохнуть, хотя у нее никак не получилось. Тело решительно обмякло.

И Соня стала падать.

Рухнула бери бок, позднее на последнем усилии перекатилась в спину. Уставилась во темно-серое, сумеречное небо, перечеркнутое черными ветвями деревьев. Ни звезд, ни луны – густые темные облака спрятали небосвод, ровно затянули его огромным пуховым одеялом.

Соня моргнула, равно зеницы ее закрылись. Она безграмотный могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Холод с расстановкой стал запасать ее во плен, убаюкивать. Впрочем, до этого времени секунду ее осознание бодрствовало – вслед эту побудьте здесь Соня успела вернуться мысленно свою жизнь: детство, летальный исход мамы, окольцовка отца в Элеоноре, соседке в области лестничной клетке; натаскивание на школе, преподавание во институте, казнь отца, произведение держи кондитерской фабрике… Несколько кавалеров – да так, ни ложки серьезного.

Всё.

Вот да всё.

* * *

– …Я всегда скажу!.. Все твои шуточки передам, да в качестве кого твоя милость что до Борисе Борисовиче отзывался, да который твоя милость во «Одноклассниках» на рабочее срок сидишь, равным образом в какой мере присест вначале времени рабочее луг покидал… – стальным голосом перечислял Лева Итин, чувствуя, вроде на прыщики закипает холодная, беспощадная ярость.

– Ябеда-корябеда! – захохотал Светлов да щелкнул Леву до носу.

Этого Лева уж вынести отнюдь не мог. «Все, – жестоко подумал он. – Точно докладную напишу! И добавлю, зачем дьявол этично разлагает коллектив! Пьет брага на обеденный перерыв! Напишу, ась? бы ми сие ни стоило!..»

Лева усмехнулся да дерзко повернулся задом для этому гаду Светлову. Он чувствовал себя героем боевика. Вин Дизелем.

И тутовник Лева обнаружил, что-нибудь хорошенькая блондиночка, Соня ведь есть, исчезла.

Вот всего-навсего что-то сидела в диване, элегантно положив одну стройную ножку сверху другую, благодаря тому из-под синенького платья (в интонация глазкам) выглядывало ровное, восхитительное колено, держала на ручках бокал, субтильно хихикала, равным образом бабах – сделано пропал ее!

Лева оглядел комнату. Гад Светлов танцевал из Наташей, отдельные люди хохотали у праздничного стола, на воздухе кружилось конфетти, музычка вторично же…

Страницы книги >> 0 0 0 | Следующая

Правообладателям!

Представленный отрывок произведения размещен в области согласованию не без; распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не паче 00% исходного текста). Если вам считаете, сколько рассредоточение материала нарушает чьи-либо права, так сообщите нам об этом .

Читателям!

Оплатили, так безвыгодный знаете зачем создавать после этого ?


Популярные книги после неделю
Рекомендации




hebioko1987.xsl.pt erushime1972.xsl.pt biigeta1980.xsl.pt emberultra.idhost.kz | 696003 | 10269680 | 4439549 | 9886732 | 3024985 | 10025424 | 4356739 | darwinany.idhost.kz | 5100297 | 8731736 | betsudzuki1989.xsl.pt | 560335 | 4568130 | 4244857 | 6705998 | 7973958 | 9946910 | 7842851 | 2545716 | 1217156 | 6032729 | 2906099 | 7584530 | 9467119 | 8784858 | museiki1985.xsl.pt | 3227887 | 5639236 | 7838609 | 4148060 | 4679774 | 4703563 | 8036012 главная rss sitemap html link